a_dunc (a_dunc) wrote,
a_dunc
a_dunc

Category:

О роли романтики в нашей профессии аэрогеодезиста (часть 5)

Руслан Николаевич Гельман
О роли романтики в нашей  профессии аэрогеодезиста (часть 5)
часть 1
часть 2
часть 3
часть 4

Моя многолетняя деятельность на географическом факультете МГУ и во ВНИИ гидрогеологии и инженерной геологии, во многом была связана  с наблюдениями за склоновыми процессами и ледниками, точнее, применением для этой цели методов фотограмметрии. При этом пришлось отказаться от некоторых фотограмметрических догм, привитых на аэрофаке МИИГАиК  конца 40–ых – начала 50–ых годов: стереопара плановых аэрофотоснимков обрабатывается на основе измерения шести стандартных точек; перспективные аэрофотоснимки служат только для боковых обзоров; наземная стереофотосъёмка требует строгого ориентирования съёмочной камеры относительно базиса.  Реальные задачи, а так же  бурное развитие цифровых методов и компьютеризация, привели к изменению технологии съемок и камеральной обработки снимков. Применительно к тому, чем я занимался – широкое применение перспективной аэрофотосъемки, позволяющей получать в крупном масштабе и выгодном ракурсе снимки крутых склонов и, что важно, не требующей специальных люков в полу воздушного носителя, коим мог быть малый самолет или вертолет. Стереопары таких снимков отлично позволяли создавать фотограмметрические модели, в том числе совмещенные, при повторных съемках. Несколько раньше в употребление вошли и малоформатные аэрофотокамеры А-39, удобные для перспективного фотографирования и в то же время позволяющие создавать по стереопарам снимков трехмерные модели с приемлемой точностью.

А-39. (Фото - Алексей Никитин)
Правда, для этого пришлось гравировать на их прикладном стекле координатные метки и производить соответствующую калибровку камер.    Цифровыми фотокамерами, при наземной съемке, во многих случаях, удается заменить крупногабаритный фототеодолит, решая задачу ориентирования снимков посредством геодезических опорных направлений, что потребовало, соответственно, математического обоснования.  Пришлось решать и задачи калибровки цифровых фотокамер массового производства, поскольку, в принципе, они не предназначены для измерительных целей.   Технические стороны всего этого изложены в разных статьях, например: «Цифровая стереоскопическая модель местности» (М, Научный мир, 2004), а упоминаю их только для пояснения новых возможностей инструментария полевых исследований. Крупномасштабную перспективную и плановую аэрофотосъемку мне довелось проводить в разные годы на участках Кавказа, Крыма, Азовского побережья, Молдавии, Белоруссии, Волги,  плато Усть-Урт, Прибалтики, Ямала, Тянь-Шаня, Забайкалья, Камчатки.
Помимо этого, для работ были и другие объекты.  Например, Сарезское озеро в самом центре Памира.    Образовалось оно в русле р. Мургаб после грандиозного обрушения в 1911 году части горы, похоронившей кишлак Усой со всеми жителями, кроме троих бывших в другом селении. Завал высотой более 500 м. преградил реку и постепенно создалось озеро длиной  56 км., средней шириной порядка 1,5 км., максимальной глубиной 500 м. Уже в советские времена появилась идея: озеро спустить, направив воду на орошение. К этому добавилось опасение по поводу устойчивости правого берега озера, который представлял собой крутой склон высотой что-то около        1 км. В случае катастрофического обрушения в озеро громадной горной массы, последствия были бы ужасными: массы воды, сметая все, обрушились бы на лежащие ниже по рекам Мургабу, Бартангу и Пянджу полям и селениям.  Такая перспектива подтолкнула республиканское и союзное правительства на проведение изысканий  и съемок на берегах Сареза, в которых принял участие и ВСЕГИНГЕО.  Я отправился туда для экспертной оценки проведенных геодезических работ. Путь к озеру стоит того, что бы о нем рассказать. По долине  р. Пяндж  до с. Рушан, мы проехали на машинах. Впечатляют громадные, очень крутые и порой отвесные красноватые скалы с обоих сторон горной реки,  образующие ущелье редкой красоты. Правый берег реки наш, левый – афганский,  по нашему  проложена шоссейная дорога, вечером освещенная, а на афганском – только тропы. Но какие! Это овринги, т. е. полки, приделанные к отвесным скалам. В щели скал вбиты горизонтально колья, на них  лежат жерди и хворост, далее плоские камни. По таким дорогам ходят люди и даже водят лошадей, овринги видны и вблизи реки и вверху,  на головокружительной высоте. Мечталось прогуляться по такой полке, но на нашей стороне их не видно, да и условия не позволяли.

Овринг на левом берегу р. Пяндж
Все это происходило до известных афганских событий, а то поездка не была бы так проста. Из Рушана на МИ-8 мы полетели на Сарез. Полет на вертолете среди памирских пиков очень впечатляет, я уже немало летал на Кавказе, но здесь! Приземлились мы на площадке у метеостанции, а от нее на моторке проплыли по всей основной части Сареза до завала. Вода показалась теплее, чем можно было ожидать, высота все-таки более 3200 м.  Правобережье озера – виновник всех опасений, круто вздымается на громадную высоту, и там видны нечто вроде водопадов, но это не вода, а застывшие ледяные струи. Усойский завал, это  груда  огромных глыб, а недалеко возвышается отвесная скала, от которой все некогда оторвалось,  на ее желтом фоне видны черные прожилки, в очертаниях которых, при известной фантазии, угадываются фигуры бесов – виновников, как говорят, этой трагедии.  Заключение ученых о возможности, в обозримое время, повторного обвала, насколько я знаю, отрицательное, что снимает и проект спуска озера, против которого резко выступили многие авторитетные специалисты.
Место отрыва породы образовавшей Усойский завал



Глыбы Усойского завала
Tags: Друзья, Руслан
Subscribe

Posts from This Journal “Руслан” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments